От осознанных сновидений к внетелесному опыту: практики, страхи и реальные возможности

От осознанных сновидений к внетелесному опыту: практики, страхи и реальные возможности

Мария Его­ро­ва, прак­тик с более чем два­дца­ти­лет­ним ста­жем и автор кур­сов для тысяч уче­ни­ков, рас­ска­зы­ва­ет, как научить­ся управ­лять сна­ми, выхо­дить из тела, пре­одо­ле­вать стра­хи и даже менять реаль­ность. Ее опыт — от спон­тан­ных дет­ских «выле­тов» из кро­ват­ки до семи дней в тем­ных пеще­рах — дока­зы­ва­ет: гра­ни­цы наше­го созна­ния гораз­до шире, чем мы при­вык­ли думать.

Когда малень­кая девоч­ка впер­вые выле­та­ет из соб­ствен­но­го тела и зави­са­ет под потол­ком, она не пони­ма­ет, что про­ис­хо­дит. Она про­сто зна­ет, что это воз­мож­но. Про­хо­дят годы, и это зна­ние пре­вра­ща­ет­ся в систе­му прак­тик, обу­ча­ю­щие кур­сы и еже­год­ный фести­валь, соби­ра­ю­щий сот­ни еди­но­мыш­лен­ни­ков. Мария Его­ро­ва — одна из тех, кто не про­сто иссле­ду­ет фено­мен осо­знан­ных сно­ви­де­ний, но и помо­га­ет дру­гим осво­ить этот уди­ви­тель­ный навык. Ее доклад на кон­фе­рен­ции в Мур­ман­ске — это попыт­ка при­от­крыть заве­су над миром, кото­рый боль­шин­ство из нас видит толь­ко во сне.

Путь практика: от спонтанных опытов к осознанной работе

Мария не может назвать точ­ную дату, когда нача­лись ее вне­те­лес­ные пере­жи­ва­ния. Самые ран­ние вос­по­ми­на­ния уно­сят ее в дет­ство, когда она, еще совсем малень­кая, лежа­ла в кро­ват­ке с решет­ча­ты­ми бор­ти­ка­ми и вдруг обна­ру­жи­ва­ла себя паря­щей под потол­ком. «Я пом­ню, как я про­сто выле­та­ла из тела и под­ви­са­ла под потол­ком. Это самые-самые пер­вые опы­ты, кото­рые я не мог­ла объ­яс­нить никак», — рас­ска­зы­ва­ет она.

В воз­расте око­ло деся­ти лет девоч­ка нача­ла запо­ми­нать свои вне­те­лес­ные прак­ти­ки, но дол­гое вре­мя не при­да­ва­ла им осо­бо­го зна­че­ния. Она искренне пола­га­ла, что так про­ис­хо­дит со все­ми. Осо­зна­ние того, что это не совсем обыч­ное явле­ние, при­шло поз­же, когда она попы­та­лась поде­лить­ся сво­и­ми пере­жи­ва­ни­я­ми с окру­жа­ю­щи­ми. «Когда я нача­ла рас­ска­зы­вать, меня закра­лась мысль, что что-то не так. По-мое­­му, не у всех так про­ис­хо­дит», — вспо­ми­на­ет Мария.

Пере­лом­ный момент насту­пил в пят­на­дцать лет, когда прак­ти­ку­ю­щая нако­нец смог­ла объ­яс­нить себе про­ис­хо­дя­щее. Одна­ко откры­то гово­рить о сво­их увле­че­ни­ях она не реша­лась — слиш­ком стран­ным и пуга­ю­щим каза­лось такое хоб­би в гла­зах окру­жа­ю­щих. Этот страх перед непо­ни­ма­ни­ем зна­ком мно­гим, кто стал­ки­ва­ет­ся с необыч­ны­ми состо­я­ни­я­ми сознания.

Со вре­ме­нем Мария нача­ла делить­ся зна­ни­я­ми с дру­ги­ми. Через ее обу­че­ние осо­знан­ным снам про­шло более двух тысяч чело­век. Осо­бен­но мно­го сре­ди них было под­рост­ков — тех, кто боял­ся рас­ска­зать роди­те­лям о сво­их необыч­ных пере­жи­ва­ни­ях, кто чув­ство­вал себя «непра­виль­ным» сре­ди сверст­ни­ков. Неко­то­рые роди­те­ли, узнав о подоб­ных опы­тах сво­их детей, пыта­лись «лечить» их от осо­знан­ных снов, счи­тая это откло­не­ни­ем в пси­хи­ке. «Если пси­хи­ат­ру рас­ска­зать, что «меня выки­ды­ва­ют из тела по ночам», то понят­но, вряд ли помо­гут», — иро­нич­но заме­ча­ет Мария.

Ей при­хо­ди­лось про­во­дить насто­я­щую разъ­яс­ни­тель­ную рабо­ту с роди­те­ля­ми, ссы­ла­ясь на науч­ные иссле­до­ва­ния и лабо­ра­тор­ные опы­ты. Осо­бую роль в этом сыг­рал Миха­ил Раду­га — рос­сий­ский иссле­до­ва­тель, кото­рый про­вел мно­же­ство экс­пе­ри­мен­тов, дока­зы­ва­ю­щих, что осо­знан­ные сно­ви­де­ния — это рабо­та голов­но­го моз­га, а не что-то эзо­те­ри­че­ское. Его рабо­ты помог­ли свя­зать вне­те­лес­ный опыт с дея­тель­но­стью моз­га и даже про­ве­сти ассо­ци­а­цию с поня­ти­ем души.

Феномен осознанных сновидений: что это такое

Осо­знан­ные сно­ви­де­ния часто пута­ют с вне­те­лес­ным опы­том, но это раз­ные явле­ния. Вне­те­лес­ный опыт — это когда тон­кое тело отде­ля­ет­ся от физи­че­ско­го и путе­ше­ству­ет само­сто­я­тель­но. Осо­знан­ное сно­ви­де­ние — это состо­я­ние, когда чело­век спит, но внут­ри сна пони­ма­ет, что все про­ис­хо­дя­щее — сон. «И здесь начи­на­ет­ся самое инте­рес­ное», — гово­рит Мария.

В осо­знан­ном сно­ви­де­нии чело­век полу­ча­ет пол­ный кон­троль над окру­жа­ю­щей реаль­но­стью. Мож­но взле­теть, мгно­вен­но пере­ме­стить­ся в любое место, встре­тить­ся с любым чело­ве­ком — дав­но ушед­шим, близ­ким дру­гом или зна­ме­ни­то­стью. Мож­но полу­чить любую инфор­ма­цию, пого­во­рить, пооб­щать­ся. И это лишь малая часть возможностей.

Мно­гие, впер­вые осо­знав себя во сне, не зна­ют, что делать даль­ше. Поле­тал, встре­тил­ся с куми­ра­ми, осу­ще­ствил меч­ты — а что потом? Ответ зави­сит от того, чего чело­век хочет достичь. Древ­ние уче­ния — даос­ские тра­ди­ции, тол­тек­ские прак­ти­ки, мек­си­кан­ский шама­низм, афро­ка­риб­ские куль­ты — рас­смат­ри­ва­ли осо­знан­ные сно­ви­де­ния не как само­цель, а как инстру­мент для духов­но­го развития.

Напри­мер, даос­ские шко­лы, вклю­чая извест­ную тра­ди­цию Дзогчен, исполь­зо­ва­ли осо­знан­ные сно­ви­де­ния для обще­ния с умер­ши­ми и полу­че­ния инфор­ма­ции от людей, жив­ших мно­го веков назад. Мно­гие шко­лы были наце­ле­ны на то, что­бы чело­век мог осо­знан­но уйти из жиз­ни, сохра­нив созна­ние во вре­мя и после смер­ти. «Каж­дая шко­ла име­ла свое направ­ле­ние, но это не было целью осо­знать­ся во сне — это был инстру­мент для даль­ней­ше­го раз­ви­тия», — под­чер­ки­ва­ет практик.

Практическое применение: от борьбы с фобиями до творчества

Совре­мен­ные прак­ти­ки исполь­зу­ют осо­знан­ные сно­ви­де­ния для самых раз­ных целей. Под­рост­ки, напри­мер, часто реа­ли­зу­ют в снах свои фан­та­зии и выплес­ки­ва­ют агрес­сию. Мария меч­та­ет, что­бы об осо­знан­ных снах рас­ска­зы­ва­ли в шко­лах: «Если бы дети с дет­ства зна­ли, что это воз­мож­но, они мог­ли бы спус­кать на тор­мо­зах свои эмо­ции во сне. Пред­став­ля­е­те, насколь­ко бы они ста­ли спо­кой­нее и уравновешеннее?»

Ее соб­ствен­ные дети — дочь восем­на­дца­ти лет и сын четыр­на­дца­ти — оба прак­ти­ку­ют осо­знан­ные сно­ви­де­ния, пото­му что с дет­ства зна­ли о такой воз­мож­но­сти. Про­стое зна­ние о том, что во сне мож­но понять, что ты спишь, откры­ва­ет целый мир.

Осо­знан­ные сно­ви­де­ния помо­га­ют сни­мать бло­ки и зажи­мы. Мария рас­ска­зы­ва­ет исто­рию о том, как в 2015 году Илья Кана­бин (извест­ный как Илья Черт, солист груп­пы «Пилот») при­гла­сил ее про­ве­сти сов­мест­ную лек­цию. Для Марии, кото­рая в шко­ле боя­лась выхо­дить к дос­ке рас­ска­зы­вать сти­хи, это было насто­я­щим испы­та­ни­ем. «Я такая: «Ты что, изде­ва­ешь­ся? Это вооб­ще не мое»», — вспо­ми­на­ет она. На лек­ции все пошло напе­ре­ко­сяк: у нее про­пал дар речи, сло­мал­ся мик­ро­фон, не запус­ка­лась пре­зен­та­ция. Но она пере­си­ли­ла себя и высту­пи­ла, хотя и покля­лась боль­ше нико­гда не брать в руки микрофон.

Одна­ко через осо­знан­ные сно­ви­де­ния она реши­ла про­ра­бо­тать этот страх. «Поче­му бы мне там не про­ра­бо­тать? Это же пси­хо­ло­гия, какой-то зажим, кото­рый не дает что-то сде­лать», — рас­суж­да­ла она. Резуль­тат пре­взо­шел ожи­да­ния: за пол­го­да она пол­но­стью изба­ви­лась от стра­ха пуб­лич­ных выступ­ле­ний. Сей­час для нее вый­ти и рас­ска­зать что-то — про­ще простого.

Таким же обра­зом Мария помог­ла доче­ри спра­вить­ся с фоби­ей собак. После того как девоч­ку напу­га­ла боль­шая соба­ка, она не мог­ла прой­ти по ули­це, если виде­ла даже малень­кую собач­ку. Через сны они про­ра­бо­та­ли этот страх.

Осо­знан­ные сно­ви­де­ния — отлич­ный инстру­мент для раз­ви­тия твор­че­ско­го мыш­ле­ния. Мно­гие музы­кан­ты, поэты и режис­се­ры обра­ща­ют­ся к этой прак­ти­ке, что­бы най­ти вдох­но­ве­ние. Сама Мария игра­ет на гита­ре и при­зна­ет­ся, что почти все ее пес­ни и музы­ка «выта­ще­ны» из сно­ви­де­ний. «Ты осо­зна­ешь­ся и хочешь услы­шать музы­ку, кото­рая будет соот­вет­ство­вать тво­е­му внут­рен­не­му состо­я­нию. И раз — сти­хи начи­на­ют рож­дать­ся, музы­ка зву­чит. Потом нуж­но толь­ко проснуть­ся и успеть все запи­сать», — делит­ся она.

Через осо­знан­ные сно­ви­де­ния мож­но рабо­тать с хро­ни­ка­ми Ака­ши — полу­чать инфор­ма­цию, кото­рая недо­ступ­на в обыч­ном состо­я­нии. Прав­да, это не так про­сто, как может пока­зать­ся: «Пошел, осо­знал­ся, забрал всю инфор­ма­цию — нет, это­му надо учиться».

Изменение реальности: случай на дороге

Одно из самых пора­зи­тель­ных направ­ле­ний — изме­не­ние реаль­но­сти через осо­знан­ные сно­ви­де­ния. Сно­ви­де­ния идут в парал­лель с прак­ти­ка­ми стал­кин­га — осо­знан­но­го изме­не­ния сво­ей жиз­ни в реаль­но­сти. «Нуж­но рабо­тать и в том направ­ле­нии, и в дру­гом», — утвер­жда­ет Мария.

Она рас­ска­зы­ва­ет слу­чай, кото­рый ина­че как чудом не назо­вешь. Одна­жды она еха­ла по Ленин­град­ской обла­сти в плохую пого­ду — дождь, мок­рая доро­га, узкая трас­са. На пово­ро­те на нее выез­жа­ла фура. «Я уже мыс­лен­но попро­ща­лась со всем на све­те, пото­му что там не вари­ант — либо в кана­ву, либо под фуру», — вспо­ми­на­ет она. В голо­ве про­но­си­лись мыс­ли о детях, роди­те­лях, неза­вер­шен­ных делах.

И вдруг — кар­тин­ка выклю­чи­лась. Мария откры­ла гла­за: она сто­ит на обо­чине, доро­га сухая, небо ясное. По сало­ну раз­лит энер­ге­ти­че­ский напи­ток, кото­рый она вез­ла, на лбу — боль, как буд­то она уда­ри­лась о руль. Но ника­кой фуры, ника­ких сле­дов ава­рии. Маши­на цела.

«Я зво­ню зна­ко­мо­му, гово­рю: «Пред­став­ля­ешь, вот такой слу­чай». А он: «Кру­то, не зря прак­ти­ки дела­ешь». А я вооб­ще не пони­маю, что про­ис­хо­дит», — рас­ска­зы­ва­ет она. Толь­ко по про­ше­ствии вре­ме­ни она осмыс­ли­ла про­изо­шед­шее. Прак­ти­ки, кото­рые рабо­та­ют на сме­ще­ние про­странств вари­ан­тов, сра­бо­та­ли в экс­трен­ный момент. Ее выбро­си­ло в дру­гой вари­ант реаль­но­сти, где все было нормально.

Она срав­ни­ва­ет это с кру­га­ми на воде: «Бро­са­ем каму­шек в воду — и мно­го кру­гов рас­хо­дит­ся. Один круг — наша реаль­ность, рядом — дру­гая, еще даль­ше — тре­тья. Чем даль­ше кру­ги, тем боль­ше изме­не­ний». Суще­ству­ют спе­ци­аль­ные прак­ти­ки стал­кин­га и сно­ви­ден­ные тех­ни­ки, поз­во­ля­ю­щие осо­знан­но пере­ме­щать­ся меж­ду эти­ми вари­ан­та­ми реальности.

Развитие паранормальных способностей и работа с тонким телом

Мария чест­но при­зна­ет­ся: раз­ви­тие пара­нор­маль­ных спо­соб­но­стей — дело не быст­рое и не про­стое. Она око­ло деся­ти лет пыта­лась осво­ить теле­ки­нез. «Очень хоте­лось, прям очень хоте­лось. При­хо­дишь такой: раз — и сту­лья швыр­нул, весь кру­той», — сме­ет­ся она. Мак­си­мум, чего ей уда­лось достичь, — сдви­нуть кок­тейль­ную тру­боч­ку по сто­лу с боль­шим напря­же­ни­ем. Так­же полу­ча­лось вра­щать бумаж­ку с вере­воч­кой под трех­лит­ро­вой бан­кой — клас­си­че­ский экс­пе­ри­мент, кото­рый любят демон­стри­ро­вать эзотерики.

Одна­ко более важ­ным она счи­та­ет уме­ние пони­мать себя и окру­жа­ю­щих. В осо­знан­ных сно­ви­де­ни­ях скры­ва­ют­ся все наши стра­хи и жела­ния. «Ино­гда людей это пуга­ет, но если с этим рабо­тать, это дает очень кру­той резуль­тат», — гово­рит она.

Отдель­ная тема — рабо­та с тон­ким телом. Мария рас­ска­зы­ва­ет о тех­ни­ке, когда нуж­но попро­бо­вать рас­ша­тать свое эфир­ное тело. «Если вы попро­бу­е­те рез­ко мах­нуть рукой, вам пока­жет­ся, что тело вас немнож­ко дого­ня­ет. Вот это и есть тон­кое тело, кото­рое выхо­дит в вне­те­лес­ный опыт», — объ­яс­ня­ет она. Когда вы чув­ству­е­те свое эфир­ное тело, мож­но про­бо­вать под­ни­мать руку, не напря­гая физи­че­ские мыш­цы. Затем — вто­рую руку, голо­ву, сесть, встать — и вы уже в вне­те­лес­ном опыте.

Как перейти из осознанного сна в внетелесный опыт

Мария делит­ся про­сты­ми тех­ни­ка­ми пере­хо­да из осо­знан­но­го сно­ви­де­ния в вне­те­лес­ный опыт. Пер­вый спо­соб — уснуть во сне. Осо­знав себя, нуж­но попро­бо­вать «заснуть» еще раз, пред­ста­вив, как вы спи­те. Тогда вы «просне­тесь» уже в сво­ем физи­че­ском теле и смо­же­те посмот­реть на него со стороны.

Вто­рой спо­соб — най­ти во сне энер­ге­ти­че­скую нить, кото­рая соеди­ня­ет вас с физи­че­ским телом. «Она все­гда есть у всех. Про­сто пока мы не зна­ем, что она есть, ее не вид­но. Как толь­ко ска­за­ли, что она есть, все ее нахо­дят сра­зу же», — утвер­жда­ет Мария. Эта нить идет от сол­неч­но­го спле­те­ния, све­тя­щий­ся кана­тик. Идя по нему, вы при­хо­ди­те к сво­е­му телу.

Тре­тий спо­соб — попро­бо­вать най­ти свой дом в сно­ви­де­нии. Но здесь есть ловуш­ка: если вы попа­да­е­те в свой дом, но не нахо­ди­те физи­че­ско­го тела, это не вне­те­лес­ный опыт, а осо­знан­ное сно­ви­де­ние. «В вне­те­лес­ном опы­те все выгля­дит точ­но так же, вооб­ще один в один. Если вы не нахо­ди­те сво­е­го тела — это не ВТО», — пре­ду­пре­жда­ет она.

Мож­но так­же исполь­зо­вать пря­мые тех­ни­ки вхо­да из состо­я­ния рас­слаб­ле­ния. Когда вы пол­но­стью рас­слаб­ле­ны и слы­ши­те, как поса­пы­ва­е­те, нуж­но попро­бо­вать про­сто сесть, не напря­гая мышц. «Ино­гда с пер­во­го раза прак­ти­че­ски у всех полу­ча­ет­ся, пото­му что никто не зна­ет каких-то нюан­сов», — гово­рит Мария.

Вибрации и страхи: нормальная реакция организма

Мно­гие прак­ти­ки пуга­ют­ся непри­выч­ных ощу­ще­ний при выхо­де из тела — виб­ра­ций, про­стре­лов, чув­ства дис­ком­фор­та. Мария успо­ка­и­ва­ет: это нор­маль­но. «Это как тур­бу­лент­ность в само­ле­те на боль­шой высо­те — раз вверх, раз вниз. Дис­ком­форт­но, но нор­маль­но», — объ­яс­ня­ет она.

Виб­ра­ции она испы­ты­ва­ет до сих пор. «Ложишь­ся спать, хочешь сде­лать выход из тела — и как буд­то током, или как на машине едешь по неров­ной доро­ге, потря­хи­ва­ет. Это­го не сто­ит боять­ся», — гово­рит она. Быва­ет, что сво­дит руку или ногу до боли — тоже ниче­го страш­но­го. У кого-то раз­де­ле­ние про­ис­хо­дит лег­ко, у кого-то слож­нее, если энер­ге­ти­че­ское тело более плотное.

Инте­рес­но, что прак­ти­ки, испы­ты­ва­ю­щие такие «недо­мо­га­ния», рас­ска­зы­ва­ли об опы­тах вли­я­ния на физи­че­ский мир через тон­кий план. «Те, кто выхо­дит очень лег­ко, — они такие про­зрач­ные, лег­кие. А вот плот­ное тон­кое тело — это уже сле­ду­ю­щий уро­вень вли­я­ния на физи­че­ский план», — счи­та­ет Мария.

Личный опыт: девять месяцев в горах и семь дней в пещерах

Осо­бое место в прак­ти­ке Марии зани­ма­ют экс­тре­маль­ные усло­вия. Девять меся­цев она про­ве­ла в горах Алтая, неда­ле­ко от горы Белу­ха, прак­ти­че­ски на гра­ни­це. Пол­ное уеди­не­ние, отсут­ствие кон­так­тов с внеш­ним миром. Раз в месяц она отме­ча­лась на базе МЧС, что­бы роди­те­ли зна­ли, что она жива и здо­ро­ва. «Они при­вык­ли, что у них дочь ненор­маль­ная, но все рав­но пере­жи­ва­ли», — с улыб­кой вспо­ми­на­ет она.

Два года назад она реши­ла пой­ти в пеще­ры. Это были Саб­лин­ские пеще­ры в Ленин­град­ской обла­сти — доста­точ­но боль­шая систе­ма. Она попа­ла туда с девоч­кой-про­­вод­­ни­ком, кото­рая оста­ви­ла ее одну. «Я даже не зна­ла, как вый­ти, при всем жела­нии. Но это, навер­ное, даже плю­сом — я пони­ма­ла, что бежать мне неку­да», — рас­ска­зы­ва­ет Мария.

Семь дней в пол­ной тем

Спикер

Мария ЕГО­РО­ВА — доклад­чик на кон­фе­рен­ции «Непо­знан­ное». Выступ­ле­ние на кон­фе­рен­ции «НЕПО­ЗНАН­НОЕ», 2023.

Смотреть доклад

Читайте также

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


Срок проверки reCAPTCHA истек. Перезагрузите страницу.